Что Китай и Россия ждут от талибов, когда те возьмут Кабул

Что Китай и Россия ждут от талибов, когда те возьмут Кабул

«Свободная пресса» продолжает публиковать переводы авторов из альтернативных западных СМИ. Это далеко не та пропаганда, которую печатают в CNN, New York Times, Washington Post, Los-Angeles Times и других «авторитетных» медиаресурсах. Если вам интересно побольше о узнать об этих авторах, можно заглянуть сюда

Их новый тактический подход работает, как мечта. Во-первых, действует прямой призыв к солдатам Афганской национальной армии (АНА) сдаться. Переговоры проходят гладко — и сделки выполняются. Несколько тысяч солдат уже присоединились к талибам без единого выстрела.

Картографам не удается в достаточной степени быстро загружать обновления. Это давно стало хрестоматийным примером краха центрального правительства 21 века.

Талибы быстро продвигаются на западе провинции Вардак, с легкостью захватывая базы АНА. Это — приквел к нападению на Майдан Шар, столицу провинции. Если они получат контроль над Вардаком, то окажутся буквально у ворот Кабула.

После захвата района Панджвадж талибы также находятся в двух шагах от Кандагара, основанного Александром Македонским в 330 году до н. э.; города, где некий мулла Омар — с некоторой помощью своих пакистанских друзей из ISI** — начал приключение Талибана в 1994 году, что в 1996 году привело к захвату ими власти в Кабуле.

Подавляющее большинство провинции Бадахшан (большинство — это таджики, а не пуштуны) — сдались всего после 4 дней переговоров при нескольких стычках. Талибы даже захватили аванпост на вершине холма в непосредственной близости от Файзабада, столицы Бадахшана.

Я подробно проследил таджикско-афганскую границу, когда ехал по Памирскому шоссе в конце 2019 года. Талибы, следуя по горным тропам на афганской стороне, вскоре смогут достичь легендарной пустынной границы с Синьцзяном в Ваханском коридоре.

Талибы собираются также предпринять наступление на Хайратон в провинции Балх. Хайратон находится на афгано-узбекской границе, на месте исторически важного моста дружбы через Аму-Дарью, по которому Красная Армия покинула Афганистан в 1989 году.

Командиры АНА клянутся, что город сейчас защищен со всех сторон пятикилометровой зоной безопасности. Хайратон уже принял десятки тысяч беженцев. Ташкент не хочет, чтобы они пересекали границу.

И дело не только в Центральной Азии; талибы уже продвинулись к границам города Ислам-Килла, который граничит с Ираном, в провинции Герат, и является ключевым контрольно-пропускным пунктом в оживленном коридоре Мешхед-Герат.

Таджикская головоломка

Чрезвычайно проницаемые, ошеломляющие своей геологией таджикско-афганские горные границы остаются наиболее «чувствительным» случаем. Президент Таджикистана Эмомали Рахмон после серьезного телефонного разговора с Владимиром Путиным приказал мобилизовать 20 000 резервистов и отправить их на границу. Рахмон также пообещал гуманитарную и финансовую поддержку правительству Кабула.

Талибы, со своей стороны, официально заявили, что граница безопасна, и они не намерены вторгаться на территорию Таджикистана. Ранее на этой неделе даже Кремль загадочно объявил, что Москва не планирует отправлять войска в Афганистан.

Переломный момент планируется на конец июля, поскольку талибы объявили, что представят письменное мирное предложение Кабулу. Велика вероятность того, что это может быть равносильно намеку на капитуляцию Кабула — и передачу полного контроля над страной.

Талибан, похоже, набирает непреодолимую силу — особенно когда сами афганцы были ошеломлены, увидев, как представители империи-«защитника» после почти двух десятилетий фактической оккупации, покинули авиабазу Баграм посреди ночи, разбежавшись, как крысы.

Сравните это с оценкой серьезных аналитиков — таких, как Лестер Грау, объяснявших уход советского Союза более трех десятилетий назад: «Когда Советы покинули Афганистан в 1989 году, они сделали это скоординированным, обдуманным, профессиональным образом, оставив после себя функционирующее правительство, приняв военные и консультативные и экономические меры, гарантирующие дальнейшую жизнеспособность правительства. Вывод войск был основан на скоординированном дипломатическом, экономическом и военном плане, позволившем советским войскам уйти в полном порядке, а афганскому правительству выжить. Демократическая Республика Афганистан (ДРА) сумела выстоять, несмотря на распад Советского Союза в 1991 году. Только позднее, с утратой советской поддержки и усилением агрессии моджахедов (святых воинов) и Пакистана, ДРА скатилась к поражению в апреле 1992 года. Советские усилия по выводу войск в надлежащем порядке были хорошо выполнены и могут служить образцом для других операций по выводу войск из аналогичных стран».

Когда речь заходит об американской империи, следует еще раз вспомнить Тацита: «Они разграбили мир, донага обнажив землю в своем голоде… ими движет жадность… Они опустошают, они убивают, они захватывают все под ложным предлогом, и все это они приветствуют как строительство империи. И когда после них не остается ничего, кроме пустыни, они называют это миром».

Оставшаяся после Гегемона пустыня, называемая «миром», в той или иной степени включает Ирак, Ливию, Сирию, которые геологически являются пустынями — а также пустыни и горы Афганистана.

Эта афганская крысиная героиновая тропа

Похоже, что «Ряд мозговых центров»*** в Вашингтоне, между Дюпон и Томас Сёркл, рядом с Массачуссетс-авеню, на самом деле не выполнили свою домашнюю работу по pashtunwali — кодексу чести пуштунов — или позорному отступлению Британской империи из Кабула.

Тем не менее еще слишком рано говорить о том, отражает ли то, что происходит по мере «отступления» США из Афганистана, окончательное крушение Империи Хаоса. Тем более, что это вовсе не «отступление»: это изменение положения — с добавлением элементов приватизации.

По меньшей мере, 650 «американских военнослужащих» будут охранять обширное посольство в Кабуле. Добавьте к этому, возможно, 500 турецких военнослужащих — что означает: НАТО — для защиты аэропорта, плюс незадекларированное количество «контрактников», т.е. наемников, и неуказанное количество сил специального назначения.

Глава Пентагона Ллойд Остин предложил новую сделку. Военизированное посольство сейчас называется «Силы Афганистана — вперед». Эти силы будут «поддерживаться» новой специальной афганской службой в Катаре.

Ключевое положение состоит в том, что остается нетронутой особая привилегия бомбить Афганистан всякий раз, когда этого возжелает Гегемон. Разница заключается в субординации. Вместо генерала Скотта Миллера, до сих пор главнокомандующего США в Афганистане, главнокомандующим бомбистом будет генерал Фрэнк Маккензи, глава CENTCOM.

Таким образом будущие бомбардировки будут происходить в основном из Персидского залива. Это — то, что Пентагон с любовью описывает как «загоризонтный потенциал». Важно отметить, что Пакистан официально отказался быть его составной частью, хотя в случае атак беспилотников им придется пролететь над пакистанской территорией в Белуджистане. Таджикистан и Кыргызстан также отказались разместить у себя американские базы.

Талибы, со своей стороны, хранят невозмутимость. Пресс — секретарь Сухейл Шахин был непреклонен в том, что любые иностранные войска, которые не будут выведены к крайнему сроку 9/11, будут рассматриваться как — кто же еще? -оккупанты.

Удастся ли Талибану установить господство — это не вопрос; это просто дело времени. И это подводит нас к двум действительно важным вопросам:

    Сможет ли ЦРУ поддерживать то, что первоначально Симор Хёрш****, а затем и я сам, описали как «афганская крысиная героиновая тропа», которая финансирует их черные операции? И если ЦРУ не сможет по-прежнему ни контролировать производство опийного мака на полях в Афганистане, ни координировать последующие этапы героинового бизнеса, куда все это переместится?

Каждый мыслящий разум в Центральной/Южной Азии знает, что Империя Хаоса в течение двух долгих десятилетий никогда не была заинтересована в победе над Талибаном или в борьбе за «свободу афганского народа».

Ее ключевыми мотивами были сохранение важнейшей стратегической передовой базы в подбрюшье «экзистенциальных угроз» — Китая и России, а также несговорчивого Ирана. Все это — часть Новой Большой игры; удобная позиция для дальнейшей эксплуатации огромных минеральных богатств Афганистана; и для переработки опиума в героин в интересах финансирования операций ЦРУ. Опиум был главным фактором расцвета Британской империи, а героин остается одним из ведущих грязных предприятий в мире, которое финансирует сомнительные разведоперации.

Чего хотят Китай и ШОС

Теперь сравните все вышеизложенное с китайским подходом.

В отличие от «Ряда мозговых центров» в Вашингтоне, китайские коллеги, похоже, свою домашнюю работу выполнили. Они понимали, что СССР вторгся в Афганистан в 1979 году не для того, чтобы навязать «народную демократию» — это тогдашний жаргон, — а на самом деле был приглашен довольно прогрессивным непризнанным в то время правительством Кабула, которое, по сути, хотело дорог, электричества, медицинского обслуживания, телекоммуникаций, образования.

Поскольку эти основные элементы современности не были бы обеспечены западными институтами, то решение должно было бы исходить от советского социализма. Это означало бы социальную революцию (а это — дело запутанное в глубоко благочестивой исламской стране) и, что крайне важно, конец феодализма.

«Великая шахматная доска» имперского контрнаступления Бжезинского сработала, потому что она манипулировала афганскими феодалами и их способностью к упорядочению, подкрепленной огромными средствами (ЦРУ, саудовцы, пакистанская разведка), чтобы дать Советскому Союзу свой Вьетнам. Никто из этих феодалов не был заинтересован в искоренении нищеты и экономическом развитии Афганистана.

Китай сейчас восстанавливает то, что оставил СССР. Пекин, находящийся в тесном контакте с талибами с начала 2020 года, по сути, хочет распространить на Афганистан Китайско-Пакистанский экономический коридор (China-Pakistan Economic Corridor, CPEC) стоимостью 62 миллиарда долларов — один из флагманских проектов инициативы «Пояс — путь» (Belt and Road Initiative, BRI).

Первым, решающим шагом станет строительство автомагистрали «Кабул-Пешавар» через Хайберский перевал и нынешнюю границу в Торкаме. Это будет означать, что Афганистан де-факто станет частью CPEC.

Все дело в действующей региональной интеграции. «Кабул-Пешавар» станет дополнительным узлом CPEC, который уже включает строительство ультрастратегического аэропорта Ташкурган на шоссе Каракорум в Синьцзяне, всего в 50 км от пакистанской границы и вблизи Афганистана, а также гавани Гвадар в Белуджистане.

В начале июня трехсторонняя встреча «Китай-Афганистан-Пакистан» привела к тому, что Министерство иностранных дел Китая безошибочно сделало ставку на «мирное восстановление Афганистана». В совместном заявлении приветствовалось «скорейшее возвращение талибов в политическую жизнь Афганистана» и обещание «расширить экономические и торговые связи».

Таким образом, доминирующий Талибан никоим образом не откажется от китайского стремления к созданию инфраструктуры и от энергетических проектов, направленных на региональную экономическую интеграцию — до тех пор, пока они будут поддерживать спокойствие в стране и не будут подвержены джихадистской турбулентности ИГИЛ***** — разновидности Хорасана, способной перелиться на Синьцзян.

Китайская игра ясна — у американцев не должно быть возможности оказывать влияние на новое соглашение в Кабуле. Все дело в стратегической важности Афганистана для инициативы «Пояс — путь». И это переплетается с дискуссиями внутри Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), кстати, основанной 20 лет назад, которая в течение многих лет выступала за «азиатское решение» афганской драмы.

Дискуссии внутри ШОС рассматривают натовский прогноз для нового Афганистана — рай для джихадистов, контролируемый Исламабадом — как не более чем выдачу желаемого за действительное.

Будет увлекательно наблюдать за тем, как Китай, Пакистан, Иран, Россия и даже Индия заполнят в Афганистане вакуум в эпоху после Вечных войн. Очень важно помнить, что все эти субъекты, плюс жители Центральной Азии, являются полноправными членами ШОС (или, в случае Ирана, наблюдателями).

Тегеран вполне вероятно может помешать потенциальным планам Империи бомбить Афганистан извне — независимо от мотива. С другой стороны, неясно, помогут ли Исламабад или Москва, например, талибам захватить авиабазу Баграм. Что несомненно, так это то, что Россия исключит талибов из своего списка террористических организаций.

Учитывая, что Империя и НАТО — через Турцию — на самом деле не уйдут, отчетливая возможность в будущем — это продвижение ШОС в союзе с Талибаном (Афганистан также является наблюдателем ШОС), чтобы обеспечить безопасность страны на своих условиях и сосредоточиться на проектах развития CPEC. Но первый шаг, кажется, самый трудный — как сформировать реальное, прочное национальное коалиционное правительство в Кабуле.

История может свидетельствовать о том, что Вашингтону хотелось, чтобы Афганистан стал Вьетнамом для Советского Союза. Десятилетия спустя Вашингтон получил свой собственный второй Вьетнам, повторенный как — что же еще? — фарс. Момент ремикса Сайгона быстро приближается. Приближается еще один этап Новой Большой игры в Евразии.

Автор: Пепе Эскобар — Pepe Escobar — геополитический аналитик, специальный корреспондент портала Asia Times.

Перевод Сергея Духанова.

Публикуется с разрешения издателя.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика